Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

Клоп

Попытка верхнего поста

Дорогие друзья и те, кто просто заглянул на огонек!
Говорят, Живой Журнал умирает, уже умер, а я его люблю, и никакими калачами меня не заманишь на другие шумные и многолюдные платформы. Здесь можно писать длинные посты, можно описывать отдельно каждое фото, здесь любой понравившийся журнал можно читать, как книгу, с самого начала...
Впрочем, как везде в Интернете, здесь бывают и споры, и ссоры, и неожиданные нападки троллей.
И мне давно советовали написать грозный верхний пост с правилами, как будто он остановит кого-то, кто пришел, чтобы оскорбить. И я даже написала и сделала прикрепленную запись.
И теперь каждый раз, когда я собираюсь писать новый пост, я вижу эту запись, и она меня бесит. Как будто я прикрепила сюда одного из троллей, чтобы он вечно напоминал мне о неприятном.
Поэтому я изменила пост так, чтобы мне его не видеть.
Но не пропадать же добру: некоторые сведения обо мне и таки правила блога под катом.

Collapse )
 
Клоп

Письма Б. Пастернака

Пятый том из пятитомника, отданный мне когда-то вместе с четвертым другом, чистившим библиотеку. Ну вот и я решила почистить.
И начав читать, утвердилась в мысли, что не нужен этот том. Читать было трудно, я не могла ничего понять. Но по занудству продолжала.
И вдруг вошла. В его жизнь, в жизнь века. Каждый день ждала, когда прочту очередные 20 страниц. Пастернак открылся совершенно по-новому, просто – открылся. И стал гораздо ближе.
И как сильно просвечивает век, несчастный этот век сквозь его письма. Вот мне и ответ, как они жили, понимали ли что. Пастернак, по крайней мере, понимал. Сам Сталин якобы его называл небожителем, но он не просто понимал, он как умел отстранялся. Когда надо было подписать расстрельное письмо про Тухачевского, Якира и пр., он готов был умереть, но не подписывать (а подпись все равно поставили).
А адресаты-то каковы: Маяковский, Горький, Мандельштам, Цветаева (письма  ей вообще лучшие, необыкновенные), Ахматова, Мейерхольд…
Collapse )
Клоп

«Союз спасения»

Высказываю не просто субъективное, но и, к сожалению, эмоциональное мнение.
По-моему, это подлый фильм. Я не помню за всю свою жизнь фильма, который я могла бы охарактеризовать этим словом. Фильм может быть плохим, хорошим, никаким, глубоким или пустым, интересным или скучным, но подлых не припомню.
Я поехала не совсем чистой от мнений, к сожалению. Специально не читала ничего, но вдруг в программе «Доброе утро» услышала интервью с продюсером. И он сказал что-то вроде того, что вместо того, чтобы решать свои личные внутренние проблемы, они обвиняют власть. Это декабристы??
Collapse )
Клоп

И последнее

Дорофеев. Люди с безграничными возможностями в борьбе с собой и за себя. 2016
Это книга о фотопроекте «Акрополь» – фотопанно с 10 людьми без тех или иных конечностей, лежащих на струящейся ткани с красивыми складками. Получилась красота античных статуй.
Главное – их рассказы о себе, очень живые. Есть экскурсы в западную и русскую историю помощи инвалидам.
Важная мысль, правильная: ведь инвалидность видят несколько дней, а потом – просто человека.

Collapse )
Клоп

Эренбург и Кольцов

2 книги И. Эренбурга: «Летопись мужества» – очерки 1941–1945 года, написанные для Запада, действительно хорошая, качественная журналистика. Если и пропаганда, то хорошая. А еще «Испанские репортажи», 1931–1939, и вот эту не захотелось хранить. Тут тенденция и недомолвки очень мешают. Испанские (более поздние) книги о гражданской войне куда глубже. У Эренбурга кошмар войны показан, но с одной только стороны. Проглядывает тщательно закамуфлированное большое вмешательство СССР. И СССР был для республиканцев примером, образцом, в том числе колхозы. А что в это время было в СССР на самом деле!
Вслед за очерками Эренбурга я читала 2 тома «Испания в огне» М. Кольцова. И как ни странно, они мне понравились гораздо больше. Он корреспондент «Правды», он должен быть тенденциозен, но, боже, какая это грустная книга! Из нее видно, во-первых, какое невероятное бедствие гражданская война. Во-вторых, что во многом республиканцы держались за счет нас: танки и танкисты, самолеты и летчики (о бойцах из других стран Кольцов пишет открыто, а наши все с испанскими именами, только из примечаний и узнаешь). 274 млн рублей, 648 самолетов, 347 танков, 1186 орудий. Смотрят советские фильмы, «Чапаева», работают советские комиссары. И все-таки видна вся неизбежность поражения республиканцев, не умеющих воевать, против армейских частей Франко.
Всё время помнишь о судьбе самого Кольцова и других героев Испании, кто не погиб там, а убит потом на родине. Сколько Кольцов ругает троцкистов в «Испанском дневнике», но уничтожен он потом все равно как «троцкист». И это увеличивает горечь при чтении.
Хотя вот задерживает внимание и такой пассаж у него:
« Простой неписаный закон они установили между собой: если один бежит от врагов, другой вправе его прикончить выстрелом из винтовки».
Безумно жаль Лорку, расстрелянного франкистами. Но вот из Интернета о другом расстреле:
Collapse )
Клоп

Джон Стейнбек. Русский дневник

Американский писатель вместе с фотографом Робертом Капой приехал в 1947 году в СССР, на 40 дней. Познер в предисловии о нем: «человек абсолютно честный» – и это так. И эта книга – потрясающий документ о нашей жизни, при том что авторы видели только то, что им показывали, то есть декорацию. Бюрократию снизу доверху, страх, плохой сервис они никак не могли не увидеть. «Ожидая обед, можно сколько угодно выражать свое нетерпение, но нет в мире силы, способной ускорить этот процесс». И что если чиновник не хочет, встретиться с ним невозможно (притом отказа нет, а нудное вранье). Еще: никто не хочет брать на себя ответственность.
Их поселяют в шикарный номер, но дверь не открывается, ванна шатается, эмаль обита, вода не сливается.
Collapse )
Клоп

Сталин и маршал Жуков

Дорогие друзья, я понимаю, что сейчас никому не до книжек, да и вообще это сомнительное удовольствие - читать чужой читательский дневник. Но как потомственная зануда, я все же дописала отзывы (не на все прочитанные книги, но все же на большую их часть) и запихаю их сюда для порядка, чтобы дальше уже идти в ногу со временем.
Сперва продолжим сталинскую тему.
Переплетенные кем-то публикации из журнала «Знамя» за 1989 г.
1) В. Карпов. Маршал Жуков
Добросовестное описание, от которого мурашки: от обыденности репрессий, от глупого руководства, не считающегося с потерями. Фальсификация улик (везде об этом), ненормальные подсудимые на открытых процессах (так и не выяснено до конца, как этого добивались).
Немецкая провокация, с которой началась война мировая. Советская провокация по тому же сценарию, с которой началась война с финнами. Приветствие СССР немцам в связи с разгромом Польши. До боли знакомый лозунг при нападении уже нашем на Польшу: «защита русских меньшинств». (Удивительно, но в школе, изучая «освобождение Западной Белоруссии и Западной Украины», я никак не ставила себе вопроса, от кого освобождение, не говорили нам, что ли?)
Начало войны, поведение Сталина, ничему не верящего, отсутствие системы связи. 3 миллиона (!) наших пленных сразу. Ну и отношение к ним, и то, о чем я раньше не знала: что их семьи лишались пособия и всякой помощи. Руководитель обороны Бреста Гаврилов попал в плен будучи без сознания, в 1945-м освобожден, 10 лет наших лагерей, зато в 1057-м – звание Героя Советского Союза.
Когда думали, что не удержат Москву, спешно расстреливали заключенных.
Сам Жуков – ну, я запомнила только, что он тоже писал какой-то донос, ибо боялся, что иначе его самого обвинят, знал, что тоже ходит по краю. Якобы стыдился этого доноса.
2) Рой Медведев. О Сталине и сталинизме
Collapse )
Клоп

О революционерах

Л. Пинчук. Моим детям вместо завещания
Тут меня уже спросили, зачем я трачу ограниченное время своей жизни на такое чтение. Эти книги я еще в прошлом году при перестановке вытащила разобраться, скорее всего – вычистить из библиотеки. Хочу оставить детям только хорошее, еще и аннотировать всё хоть парой слов.
Но просто выкинуть не могу по природному занудству, должна как минимум просмотреть, но получается, что чаще читаю.
Эта книга у меня стояла в разделе педагогики. Добротно написанные очерки о революционерах, имевших детей. О семье Ленина (с детства бывшей для меня образцом), о Крупской, ну и еще о многих. А я всё думала – как с ними было дальше, уцелели или нет. Всё старательно обойдено, вот у Калинина жена сидела, а об этом в очерке ни полслова. Очень трудно отличить, правда ли написана, кажется, что правда. Нет, при умолчании уже не более чем полуправда…
И вот последний очерк – о семье Постышева, он из Иванова, у нас в городе есть улица его имени, – проверяю и узнаю, что расстрелян и он, и жена, и один из сыновей (2 других прошли лагеря). До этого сам активно уничтожал «врагов», был одним из организаторов Голодомора.

О С. М. Кирове
Эта книга с красивой обложкой тоже пошла на выброс, как и предыдущая. Но расстроила она больше, очень расстроила. Это сборник воспоминаний, составленный из массы маленьких очерков людей, знавших Кирова в разные годы. Издана она в позднесоветское время, в 1985-м, но использует старые публикации.
Collapse )
Клоп

Дневники М. Пришвина

Я накопила прорву прочитанных, но неописанных книг. И мне хочется не о каждой, конечн, но о тех, которые вызвали какие-то мысли, написать. Хотя я понимаю, что вряд ли интересны отзывы на книги, которых ты сам не читал, тем более длинные. Но для порядка, а то у меня как будто незаконченное дело, а к Новому году хочется закончить хотя бы то, что в принципе закончить можно.
Книги были в истекшем году в основном трех родов - с полки над столом, где стоит еще некоторое количество непрочитанных, а потому не определенных в шкафы книг; книги, отобранные еще в прошлом году при перестановке шкафов для решения их судьбы, ну и те, что были в этом году подарены и сложены сразу на прикроватную тумбочку.
Два тома дневников Пришвина за 1918-1920 гг. - из первого рода.
Collapse )
Клоп

Одесса, день четвертый, окончание

Итак, мы в музее. Васю пропустили бесплатно, но заставили написать его данные в тетрадку, а меня как пенсионера - льготно, за 30 гривен. Предупредили, что времени мало - 35 или 40 минут оставалось до закрытия. Поэтому западный отдел мы пробежали галопом, так что я больше всего помню тот самый эркер, из которого мы смотрели на прекрасную Пушкинскую улицу. Хотя там были интересные картины и прекрасные портреты. Торопились спуститься в восточные залы - Китай, Индия, Иран, Япония. А их оказалось совсем  немного. Из указанных 20 японских гравюр выставлено, кажется, только 2. Но все равно была большая радость, особенно Васе. Вот он с буддийскими охранными львами:

Collapse )